Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Ольга

О времени

Из письма строму другу.
О времени. Мы с Вами говорили о времени.
Несколько лет я пыталась вжиться в мироощущение средневекового человека – на Руси. В 14 или 15 веке, в ожидании и предощущении Конца Света. Этот человек был в моём представлении не безграмотный крестьянин, а из образованного сословия – монах или боярин-князь.
Онтологические константы были иными. И главное в этой онтологии – время, представление о времени.
Переслегин говорит о трёх типах времени – метрическом (физическом), термодинамическом и онтологическом. Второе мы сейчас опускаем – это не про 15 век.
Берём онтологию – тогда она была христианской. Первое: время имеет начало и конец. Когда настанет Конец Света, и время прекратит свой бег. Второе: время измеряется днями творения: шесть дней Господь творил – на седьмой решил отдохнуть.
Метрическое время любому земледельцу внятно: есть миг подъёма Солнца и его заката, время выгонять корову в поле и время загонять её и доить, есть фазы Луны, есть солнцестояния и равноденствия, время сеять и время жать. Есть рождение человека – и смерть его.
Метрическое время членимо на равные промежутки: день, месяц, год.
Как увязать онтологическое время с метрическим?
Это был важнейший вопрос Средневековья.
И решили его так: в Библии всё аллегорично, стало быть, путь будет один день творения равен тысяче лет. Шесть дней Господь трудился, создавал мир и людей. На седьмой день решил отдохнуть – и мы стали членить месяц (не сегодняшний календарный, а настоящий лунный) на четыре части – на седьмицы: 28 разделить на 4.
Итак, Господь отдыхает, а люди трудятся на земле. Работают в поте лица своего, грешат, как же без этого. Вот настанет седьмой день – и тогда все пред Господом предстанут.
Семитысячный год придёт – это год 1492-й от Рождества Христова – и тогда-то начнётся. То есть кончится. И ждали этого года – страстно, истово. Ну как ждали? Отмечали все нестандартные, необычные события, смотрели – вписываются ли они в картину приближения Апокалипсиса. Чума и чёрная оспа очень даже вписывались. И бесснежный год, и последовавшая за ним засуха, и «трус земной» – землетрясение в Москве, когда почти достроенный Успенский собор рухнул, тоже вписались удачно.
Иерархи церковные и простой люд верили, что «всё случится». (И мы, кстати, до сих пор живём в парадигме ожидания Конца. Вспомните революционные песни – они все дышат жаром Апокалипсиса.) Так верили, что пасхалии – даты празднования Пасхи – были рассчитаны только до 1492 года.
Бытийность совмещалась с метрическим временем – и картина мира для средневекового человека была цельной и достаточно комфортной. Главное условие такой комфортности – это когда правила игры определены и ясны всем участникам.
Старайся не грешить. Если согрешил – кайся. Терпи. Если умрёшь – на том свете встретишься с близкими. Тогда все восстанут.
Идеал – личное спасение. Через умерщвление и истязание плоти, через молитву и покаяние. В нём – святость.
Кто-то при приближении семитысячного года пустился во все тяжкие – дескать, я и так уже согрешил столько, что не замолить, так чего теперь: сгорел сарай – гори и хата. Иные, напротив, вериги на себя надевали, в села заволжские, в пустыни уходили, молились денно и нощно. Даже в кабаках тогда говорили лишь о Конце Света.
Катастрофа пришла. Слом всей онтологии, всего миропонимания.
Миропорядок рухнул тогда, когда под Рождество, на Новолетие, на Пасху и так далее – не произошло ни пожара страшного, ни землетрясения, ни Апокалипсиса. Всё как стояло, так и оставалось стоять, птички чирикали, коровы мычали.
А мир рухнул. Образ мира рассыпался.
И ещё полтора столетия – до 1666 года – православные цеплялись за рвущуюся ткань прежнего образа мира, высчитывая: конец настанет в 7007, в 7070. Нет? Ну тогда, значит, в 7077 году. Ах, и теперь не пришёл? Ну всё, ждём числа дьявола – 666.
Появился Никон и староверы. И самосожжения, и скиты.
И только с развитием науки, с переводом внимания с Откровения Божьего на его Творение – мир тварный, туго, со скрипом, начала становиться и утверждаться иная онтологическая картина, в которой время – линейно, не имеет начала и конца.
Привязать это понимание времени к метрическому не составляло труда.
Но, когда пропали начало и конец, потерялась экзистенция.
Ради чего нужно воздерживаться, трудиться и не грешить, ежели Господу, коли он вообще есть, нет до нас никакого дела?
Святость в миру и в монастырской жизни исчезает. Почти.
И пошла писать губерния.
В конце двадцатого века в массах в целом утвердилось представление о времени как о бесконечном, но спиральном. Все разглядывали в учебниках спираль эволюции. Спираль галактики. Термодинамическое время просочилось в онтологию.
Но кольца спирали настолько велики и необозримы, что каждый отдельный отрезок, сопоставимый с веком и даже тысячелетием, линеен. И на этой линии крошечным зёрнышком пытается прорасти человеческая жизнь.
И вот здесь – важнейший внутренний конфликт последних поколений.
Спираль эволюции – научная картина мира – стала онтологической. С метрикой она коррелируется легко.
Но простой человек силится увязать метрическое время как срок своей жизни с онтологическим – увязать бытие собственное с бытием Вселенной – и видит, насколько его срок исчезающе мал и никак не влияет на жизнь Вселенной. Что, если наше существование будет иметь смысл в будущем только как наличие на Земле некой биомассы?
И возникает между этими двумя сроками конфликт экзистенциальный: зачем же я на Земле, если я ничтожно мал? Какой смысл во мне и во всех моих достижениях?
Христианам хорошо. Бог – он всё видит, каждый человек под присмотром, каждый будет наказан по его грехам, а Вселенная холодна и внеантропна – до отдельного человека ей дела нет. Мало того – нет дела и до всего человечества.
А то, что человек – это попытка Вселенной осмыслить самоё себя, важно лишь горстке людей на планете. Прочие падают в глубокую экзистенциальную пропасть.
Тогда приходится сужать картину мира, выбрасывать из неё Вселенную и жить – здесь и сейчас, упёршись носом в каждодневность.
Но идеал святости (не обязательно христианской, святости общечеловеческой) всё же утверждается – в служении людям. В жизни оптинских старцев и святого доктора Гааза, в жизни Короленко, Гагарина, Сухомлинского, доктора Лизы. Их жизни выходят за пределы биологического существования и сами становятся экзистенцией и через это – онтологией.
Однако простому человеку от этого не легче.
Среди мега-маленьких и мега-огромных величин, среди макромира и микромира – где место человеку?
Ольга

Хопи

Друзья, может, кто-то знает, когда в СССР впервые появилась инфромация иб индейцах хопи? Может, в каком-нибудь журнале типа "Наука и жизнь" или "Наука и религия"?
Напомню слова Фай Родис из главы "Скованная Вера" ("Час Быка")? "Я помню фотографию одной девушки, она очень походила на Чеди…"
Может, вот эта?
Ольга

"Повесть о Петре и Февронии Муромских"

Почти на каждой экскурсии туристы мои заводят речь о Петре и Февронии. Я неизменно говорю, что это литературные персонажи. А как же мощи? - спрашивают меня. Отвечаю так: Гиляровский описывал, как в Москве продавали во множестве частички гроба Господня. И были они деревянными. А гроб Господень - каменный.
Вот статья моя о творении Ермолая: http://www.facets.ru/articles11/4510.htm
Ольга

Дмитрий Шемяка. В лето 6960-е

Ещё одна глава из новой книги о 15-м веке.

На мысе Пур-Наволок, над просторами Двины, подле Михайло-Архангельского монастыря, стояло уже десятка три изб. Пласталась над водами долгая летняя заря. Порывистый северный ветер заплёскивал на глинистый берег короткую волну.
Бывшая Великая княгиня Литовская Елена Гольшанская, а теперь Олёна, Груздева жена, кормила годовалого сына. Грудь её в вырезе расшитой рубахи нежно белела в слабом свете летней северной ночи, свете, едва пробивающемся сквозь частый переплёт окна. Губы младенца мерно двигались.
Шемяка, сидевший на широкой лавке за выскобленным столом, отрезал ножом с костяной рукояткой широкий ломоть красной сёмги, опустил в рот. Перевёл взгляд на Груздя. Бывший воевода шил костяной иглой кожаную рубаху, крупные стежки ложились ровно, будто воин всю жизнь только этим и занимался.
– Отчего ты от Ярославича ушёл? Своей волей аль нет? Read more...Collapse )
Ольга

Мифологии Древнего мира. Вебинары

Оригинал взят у alwdis в Мифологии Древнего мира. Вебинары
Как и говорилось, я лекции в "Пунктуме" дублирую вебинарами (или очно репетирую вебинары %), так тоже можно сказать).
8-го ноября мы начинаем цикл
"Мифология Древнего мира" (вторники, 19.30).

Казалось бы, что может быть известнее античной мифологии? Однако большинство наших представлений о греческих богах не имеют отношения к реальным верованиям древних греков, поскольку мы опираемся на пересказы античной литературы, авторы которой (как и любые писатели) обращались с мифами весьма вольно.
Так каковы же были подлинные верования античности? Что такое «средиземноморская мифология» как целостное явление? Насколько Древний мир далек от пересказов, написанных для умных школьников?


8 нояб. История начинается в Шумере
Шумерская цивилизация Месопотамии — одна из древнейших в мире, и ее мифология оказала огромное влияние на культуру позднейших народов. Нисхождение в подземное царство, умирающий и воскресающий бог, сила божественного слова — во всем этом шумеры были первыми.
[остальная программа, вы ее уже видели, критичны только даты]
15 нояб. 38 веков первому роману-фэнтези
Вавилон, победив Шумер, впитал его язык, культуру и мифологию, ассимилировав шумерских богов с собственными.
Показательна судьба эпоса о Гильгамеше, бывшего у шумеров разрозненными сказаниями и превратившегося в Вавилоне в авторское произведение с развитым психологизмом.

29 нояб. Хетты: древнейшие индоевропейцы Средиземноморья
Понимание античной мифологии невозможно без знания хеттской. Борьба поколений богов, сражение Громовержца с богом земли, Атлант и другие образы - всё это было известно Средиземноморью за тысячу лет до Гесиода и Аполлодора.

6 дек. Незнакомая Древняя Греция
Была ли борода у Гермеса? Почему Аполлон пасет коров? Кого родила Афина, изнасилованная Гефестом? Действительно ли Геракл был истребителем чудовищ? Ответы на эти и многие другие вопросы уведут нас весьма далеко от привычных представлений о греках.

13 дек. Осторожно: Гомер!
Один ли автор был у "Илиады" и "Одиссеи"?
Почему "Илиаду" надо исключить из курса мифологии, и почему Платон требовал запретить ее вообще?

27 дек. Во что верил Рим?
Быть жрецом и открыто насмехаться над ритуалами - нонсенс для нас, но неудивительно для римлян. Заимствуя мифы у греков, римляне невольно скрыли от нас собственных богов, не найдя аналогов самым могущественным из них.
Чем были на самом деле гладиаторские игры? Кем был гладиатор в Древнем Риме, а не в голливудском фильме? Почему римляне с легкостью разбивали рабов, но ужаснулись восстанию Спартака?

Внимание, 22 ноября и 20 декабря НЕТ вебинаров!!

Разовые билеты - 300 полный, 250 льготный.
Абонементы - 1500 полный, 1200 льготный. Как всегда, принадлежность к льготным каждый для себя определяет сам.
Те, кто в рублевой зоне, - переводите деньги мне на карту, в сообщении к платежу пишете МЭЙЛ, и с этого мэйла пишете письмо о платеже.
Те, кто НЕ в рублевой зоне (доллар, евро, гривна) - пишите мэйл с указанием "полн/льготн", я присылаю счет с учетом комиссии; потом ничего писать не нужно.

Вопросы - в комменты/приват/почту :)
Распространение приветствуется.

Радуга

"И шестикрылый серафим..."

Что-то последний дни вспоминается мне вот этот мой очерк 2013 года:


«И шестикрылый серафим…»
Филологические этюды

1.
Я рассматривала рисунки, сделанные более полутора сотен лет назад, в сороковых годах XIX века. Отчётливые, плавные линии очерчивали фигуры ангелов и людей, в их лицах – одухотворённость, страдание, жажда и страсть. Здания и причудливые растения были нарисованы тоньше, словно отступали на задний план.
Около пяти лет Александр Агин, ученик Карла Брюллова, трудился над созданием восьмидесяти трёх иллюстраций к Ветхому Завету. Теперь одна фирма хочет издать их одной книгой, и мне поручили подобрать к ним подписи из Библейских текстов.
Под каждой иллюстрацией каллиграфическим почерком выведено название сюжета, и потому выделять нужные фрагменты сравнительно легко. Пытаюсь представить себе судьбу молодого художника. Он и его брат, дети псковского дворянина, участника Отечественной войны 1812 года, были бы Елагиными, но матерью их стала крепостная крестьянка, и по закону того времени мальчики получили усечённые фамилии. Какой трагический отпечаток это накладывало на судьбу, мы знаем по жизни Афанасия Фета, по тургеневской «Асе»… Вот и Агин – учился в Академии Художеств, но получил лишь звание учителя рисования.
Над иллюстрациями к Ветхому Завету работал с увлечённостью и ответственностью: Общество поощрения художеств предоставило ему пансион. Но чем дальше, тем менее удовлетворял его академизм, господствовавший в живописи тех лет, и всё более увлекали его иные мысли и образы: хотелось показать характеры, схватить в человеке сущностное, отразить и типичное, и личностное. Прославился Александр Алексеевич рельефами к памятнику Крылову в Летнем саду и – самое главное – ста пятью рисунками к «Мёртвым душам» Гоголя, по праву став основателем русской жанровой иллюстрации. Последние годы своей жизни художник прожил между Киевом и Черниговом, в великолепной усадьбе Качановка, где когда-то Николай Васильевич впервые читал «Женитьбу».

Read more...Collapse )
Ольга

Что такое ад?

По дороге в садик Всеслав спрашивает меня:
– Мама, что такое ад?
Я немного растерялась: ну трудно по пути в садик такие темы объяснять. Говорю:
– А ты почему об этом спрашиваешь? Откуда это слово знаешь?
Он отвечает с таким видом: мама, ну как ты сама не понимаешь!
– Ты разве забыла? – И цитирует из «Конька-Горбунка»:

– Любо, любо, – все кричат, –
За тебя хоть в самый ад!

Вздыхаю и не спеша рассказываю, что у христиан есть ад, чистилище и рай. В раю сад с яблоками и грушами, с розами и лилиями. В аду черти жарят грешников на сковородках и варят в котлах. Сына особенно интересует, что ещё делают черти. Я его понимаю: в этом контексте ему совершенно непонятно, почему поклонники царевны согласны идти за неё в самый ад.
Но на самом деле, продолжаю я, всего этого нет, всё это в головах у христиан, это всё они себе сами придумали. У христиан бог – Иисус Христос, в мусульман – Аллах.
– Но их по-настоящему нет, – серьёзно, с понимающим видом говорит сын. – А есть Зевс и Афина.
Ольга

Река прозрачного времени. Глава 5-я (начало)

Оригинал взят у lubassevera в Река прозрачного времени. Глава 5-я (начало)

Глава 5. За ножницами

Раскроила пространство Сухона: глубоко и наспех – без намётки и без примерки – прорезала берега. Зажала устье спешащей навстречу Стрельны в теснине, искосила, обузила ей горловину. Смяты, вздыблены стреленские берега, прорвались логами там, где штопано на живую нитку. Сыплются разлохмаченные обрывы, как незакреплённое полотно. Брошены на переборы, как обрезки тканые, коснички камней. Неважный портной из Сухоны. Пугает и человека неразумная, разрушительная мощь стихии – не пустила б его река тонкой ниточкой на ушивку! Слаб человек, коли один.

А вот и закатное солнце раскалённым за жаркий день ободом коснулось прохладной гребёнки еловых лесов и скатилось вниз по загривку угора. Ночь добавляет тревоги. Здесь, на стреленской стрелке, пока не одолеет сон, невольно тянулись люди ближе друг к другу. Привычно отвлекались неспешной беседой, усмиряли мрачные мысли. Сумерничали. Ровно, как и два года назад. Так, и как все другие. И лонись, и вчера, и завтра.

Генаха, едва сдерживая страх, отпросился сбегать в Городок – туда, где более людно. И повод легко нашёлся – молока парного на утро заказать. Другие же старались не показывать виду, а Никитич с дедом Миколой так и вообще оживлённо беседовали, с явным интересом друг к другу. Увлечённый разговором Микола отлучку Генахи, однако, приметил.

– Нашёл Никитич собеседника. Авось, успокоится. Только кто ж этот «наш»? – Анна прошептала мужу.

Амалицкий отмахнулся:

– Пустяки! До этого ли нам. И на что ворам кости без описания, даже если этикетки догадаются сохранить? Аня, волков бояться – в лес не ходить. А тут и волки какие-то пустоголовые.

– А немец?

– Уверена, что умнее? Да и где он? – Владимира было не своротить.

Read more...Collapse )