Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Ольга

Евгений Филиппов, "Что говорить, когда всё сказано..."

Не нашла в сети ещё одной песни.
Я её помню по исполнению Евгения Филиппова (отряд «Пламя», Пятигорск) на катушке (в 1985 году, ещё не на кассете). Татьяна Сергеевна Груздева тогда говорила, что эту песню он посвятил ей.
Кто помнит эту песню ещё? Пусть будет, вдруг найдётся товарищ по песне.

Что говорить, когда всё сказано,
О чём молчать, когда уже
Свистящей ненавистной паузой
Разделены на вираже
Дороги наши и сомнения,
Стремленья наши и мечты.
И две звезды, как знак деления,
Печально светят с высоты.

Как нам понять друг друга, если мы
Стоим на разных берегах.
То, что когда-то было песню,
Осталось здесь, в седых песках,
Где у черты, нас разделяющей,
Суровой бьёт немой прибой
И чёрно-белой лентой тающей
Твой след струится за тобой.

А голубые молний сполохи
Всё бьют и хлещут невпопад.
Сквозь бури и радиошорохи
Не слышен нежный листопад.
Но всё же цепью неразвязанной
Ложатся листья на меже.
Что говорить, когда всё сказано,
О чём молчать, когда уже…
Ольга

Пятигорский отряд "Пламя", Евгений Филиппов

Стала вспоминать старые песни - вспомнила пионерский отряд "Пламя" города Пятигорска. Я с пресс-центром "Звёздный" ездила туда на зимние каникулы 1986 года. Собрала нас, человек десять относительно пишуших школьников, Татьяна Сергеевна Груздева, наш руководитель.
Создателя и комиссара отряда Евгения Филиппова мы видели пару раз. Днём занимались в помещении "Пламени" на улице Восстания. Я читала собранные в стопки и развешанные по стенам газеты, созданный "Пламенем". Все были на каникулах, из ребят в само помещение отряда приходил Евгений Кузин и ещё пара человек - Кузина я тогда сразу выделила и запомнила. Потом не раз встречала его имя - в том числе среди работавших в "Орлёнке".
Комиссар поручил заниматься нами своему приёмному сыну (если я правильно поняла), Диме Штурману (это фамилия). Ему тогда было, кажется, лет 18-19. Он возил нас по всем окрестностям Пятигорска, водил по городу. Водил в столовую (а с едой в те годы было очень плохо). Жили мы на какой-то базе, вроде бы, спортивной. Но это для меня было не важно. Мне хотелось понять, как живут эти ребята, чем они живут. Общения. Не со своими - их я и так знала. С ребятами "Пламени". А его как раз было мало. (Зато хорошо помню отрядного кота по имени Параллакс.)
И тогда я вцепилась в песенник "Пламени" - и разучивала песни одну за другой. Сидела и терзала гитару. Мелодии знала с голоса.
И вот сейчас вижу - в сети продаются значки с эмблемой "Пламени". Как раритет. Для коллекции.
Что созранилось? Может быть, у бывших членов отряда есть свой сайт. Не знаю. Есть устав отряда, выложенный на "Ноогене" с моей подачи - у меня в архиве сохранился напечананный на пожелтевшей бумаге текст. Он очень близок каравелльскому. И понятно: Евгений Филиппов заразился этой темой от Крапивина. Read more...Collapse )
Ольга

"В система Альфа ЛЬва хорошая погода..."

Про песни продолжу.
Вот эту песню я услышала первый раз в 1986 году (мне тогда было 16 лет) в Калуге от моего ровесника, двоюродного брата Юры Глушенкова, - и сразу запомнила. И больше ни от кого не слышала. Но сама пела часто.
В сети нашла первый куплет с заменой одного слова. Посему решила записать - так, как я помню. Называлась она у нас "Звёздные пираты".

В системе Альфа Льва хорошая погода,
Метеоритный ветер бьёт в корму.
На шхуне "Вырви глаз" Джон - Белая Ворона
И Чарли - Одноглазый Какаду.
Ребята хоть куда, хорошие ребята,
Их не смутят ни семь, ни восемь-девять жэ.
Кто крепко держит марку звёздного пирата,
Тот знает толк не только в грабеже.

Когда ложится в дрейф потрёпанная шхуна,
Стихает всё кругом на корабле.
В руках пирата стонут старенькие струны,
И чей-то голос тянет о Земле.
Но если цель по курсу - время не теряя,
Готовится к атаке экипаж.
И грянет песня, адский рёв перекрывая,
Разбойники пойдут на абордаж.

Ах, Чарли, старый кашалот,
Медуза ты, а не пилот.
Доверь такому звездолёт -
Никто костей не соберёт.
Ах, Джонни, старый словоплёт,
Когда же ром тебя зальёт,
Когда же чёрт тебя возьмёт,
Когда ж язык твой отдохнёт.

Окончен бой, отсеки золотом набиты,
И бренди в Млечный путь течёт рекой.
Пираты пьют за то, что снова не убиты,
Им незачем молить за упокой.
Но если вдруг изменит им фортуна,
Один другого смерти не продаст...
С большой дороги не сворачивает шхуна,
Потрёпанная шхуна "Вырви глаз".
Ольга

"Слышите, в испуге колокол затявкал..."

Вчера взяла гитару - стих нашёл - стала вспоминать песни, которые мы пели в походах 36-30 лет назад. И сама поразилась, насколько же эти песни странно (это мягко говоря) звучат сейчас.
Пошла по пиратским - мы их обожали. Псевдопиратским, конечно. В стиле романтики "Капитана Блада". Одну никак вспомнить не могла - в сети по строчкам искала - не нашла. К утру песня сама всплыла в голове. Решила здесь записать - пусть будет, вдруг ещё кто-то, кроме меня, вспомнит про неё.
Автора не знаю и не знала. Ну, и экспрессии в нашем старом исполнении этой песни было - хоть отбавляй.

Слышите, в испуге колокол затявкал,
Заметались факела на крепостной стене.
Говорил вам, рано нам идти в отставку,
Ещё неизвестно, кто сгниёт на дне.

Припев:
Давно нам надоели ОБА океана,
Осточертели портовые кабаки.
А ночью снятся только пальмы и бананы,
Чего придумать, чтоб не сдохнуть от тоски?

Первый залп за нами - что ж вы проморгали?
Огненный вулканом скрылся арсенал.
Ваши батареи лучше б помолчали.
В гавань фордевиндом входит адмирал.

Припев:

Вашим галеонам, рубленым картечью,
Крючья к абордажу - и живей на бак.
Пусть испанец помнит штурм - бригаду смерча -
Ласковой команды парусных бродяг.

Припев:
Ольга

На бронетранспортёре!

На днях по случаю своего юбилея взяла в руки гитару, вспоминала песни юности. Сегодня вот опять вспомнила одну из них - по случаю написания статью по "Часу Быка", эпизод, где Веда Конг берёт в руки древний струнный инструмент и поёт "Молитву о пуле" и "Выйдешь на берег - трупы в волнах". Процитирую всё же песню юности. Петь её полагается в лесу, у костра. Фортиссимо. Интернет говорит, что автор её - Юрий Панюшкин. Слова чуть различаются. Я напишу так, как я помню.

Что сниться нашим ворогам,
Нам это, брат, без разницы:
Как засандалим порохом,
Что дым пойдет… со всех сторон.
Эгей, эгей, на бронетранспортере!
Эгей, эгей, на суше и на море!

Элементарная фигня
Все их поползновения:
У нас что люди, что броня –
Крепки до обалдения!
Эгей, эгей, и танки наши быстры.
Эгей, эгей, и спирт залит в канистры!

В ответ на их истерику
Пойдем железным строем.
Колумб открыл Америку,
А мы ее закроем.
Эгей, эгей, на бронетранспортёре!
Эгей, эгей, на суше и на море!

Ми вдаль глядим уверенно,
Ведь мы с тобою, брат,
В гробу видали Рейгана
И весь его сенат!
Эгей, эгей, и танки наши быстры.
Эгей, эгей, и спирт залит в канистры!
Ольга

Читайка № 7

Ещё раз Читайка № 7 - на ютубе.
Основная тема - процесс чтения про себя как про сложный нейролингвистический процесс, его формирование и что бывает, если это пускать на самотёк.
В начале показываю книги 1962 года - сказки Пушкина с иллюстрациями Билибина и "Песнь о вещем Олеге" с Васнецовым.
После 40-й минуты читаю вслух фрагменты из "Синюшкиного колодца" Бажова и "Стожок" Ю. Коваля.
https://www.youtube.com/watch?v=Mo1qZn91rYw

Как всегда, прошу сохранять себе (пригодится) и делать перепост.
Ольга

Кто такой П. Я.?

…Погибель верна впереди,
И тот, кто послал нас на подвиг ужасный, –
Без сердца в железной груди.
Мы – жертвы, мы гневным отмечены роком…
Но бьёт искупления час –
И рушатся своды отжившего мира,
Опорой избравшего нас.
О день лучезарный свободы родимой,
Не мы твой увидим восход!
Но если так нужно – возьми наши жизни…
Вперёд, на погибель! Вперёд!
П. Я.


Эти строки (без последних четырёх) Ефремов пишет в дарственной надписи на "Часе Быка" своим друзьям Галине Ивановне и Юрию Матвеевичу Козмичёвым.

В это время он читает "Цусиму" (этот текст - эпиграф к первой книге) и размышляет о судьбе "Ретвизана".

У меня вопрос: откуда цитирует этот текст Новиков-Прибой? Кто такой П. Я.?
(Велико моё невежество.)
Ольга

Как мы ездили 14 марта к Борису Иосифовичу Ковалю

Пишу, ибо знаю, что есть люди, которым это важно.

Доехали прекрасно, дошли - солнце, сосны, воздух свежий. Морозец.
Встретил нас Малыш. Я ему сразу колбасы - он съел и хвостом завилял. Шерсть пушистая, густая.
Борис Иосифович с палочкой. Он всех нас приветствовал, усадил в комнате - и Олек Лекманов рассказал об идее комментариев к "Васе Куролесову", а Илья Бернштейн о том, в какой серии задумана эта книга и как он её видит.
Борис Иосифович начал размеренно отвечать на слегка торопливые вопросы Лекманова.

Когда речь зашла о толстых книгах, я вытащила из дамской сумочки джокер - издание Переписки Ефремова. Подарила Борису Иосифовичу.

Потом плавно перетекли на кухню, почти превращённую в гостиную, - пить чай со всякими вкусностями. Беседа о временах послевоенных продолжалась - в ней приняла участие и Ольга Ивановна, старинный друг и коллега Бориса Иосифовича. У Олега работал диктофон. "Великий брат Боря" даже взял гитару и спел несколько песен, в том числе и "Мурку" в своём переводе на английский - так, как он её пел друзьям - ирландским коммунистам. Гитара - это было особенно ценно, потому что Борис Иосифович не играл уже, по его словам, четыре года. (Напомню, что ему 85 лет.)

Я ответила песнями, спела "Пару гнедых" и одну детскую, шуточную.
Когда чай был выпит, но не всё съедено, Борис Иосифович отыскал альбом с фотографиями его молодости, и Илья извлёк из своего рюкзачка ноут, мужчины пересняли всё, что требовалось для книги.

Потом мы вместе зашли на чердак и в сарай, где лежат картины Юрия Иосифовича и резные изделия Бориса.
Солнце, синейшее небо и сосны сопровождали нас в пути на станцию "Челюскинская".

Душевно, светло, немного печально.
Аромат розы

Из военных заметок Г. И. Беленького

Из военных заметок Г. И. Беленького. Под Сталинградом боец - литейщик с Урала - рассказывает, как однажды в клуб пришёл:

А в клубе как раз симфонию давали. Что такая за симфония, я не знал. Думал, какая пьеса с дракой или ножами. Сим-фон-ни-я. Да ещё с номерком каким-то. Прихожу в клуб, открывают занавес и начинают пилить. Кто на чём – кто на скрипке, кто в трубу дует, кто на чёрных свечках каких-то вытягивает. Скрип идёт – хоть уши затыкай. А главный с палочкой в руке стоит и дрыгается. Дрыгается вправо – одна скрипка выскочит, дрыгается влево – труба запищит.
Пропащий вечер, думаю, с симфонией с этой.
Ольга

Что такое браунинг?

Всеслав приболел, сидит дома, строит из кубиков лабиринт Минотавра и напевает мелодию "В Кейптаунком порту...".
Спрашивает:
- Что такое таверна Кэт? Что такое браунинг?
И я, погружённая в сравнение персидской и эллинской религий, тоже начинаю напевать: "Но спор в Кейптауне / Решает браунинг, / И англичане начали стрелять!"