September 8th, 2021

Чёртик

Министр МЧС

Погиб министр МЧС. На водопаде Китабо-Орон. То есть прилетел в Дудинку проверить, как строится новая пожарная часть. А пожарную часть из Дудинки внезапно перенесли на Таймыр, поближе к водопаду. Прыгнул под обрыв, туда, куда в водопад упал оператор. И разбился о камень. Все печалятся. Ведь человека спасти хотел! И оператор погиб, и сам погиб.
А я как человек, который, получая значок "Альпинист СССР", железно запомнил правила техники безопасности, думаю вот о чём: если ты министр МЧС, то почему ты не обеспечил должный уровень страховки? Какого беса вы стояли на краю обрыва над водопадом, к тому же, видимо, мокрым или поросшим каким-нибудь мхом, то есть таким, где возможно поскользнуться, и стояли без страховочных верёвок? Хотя бы перила натянули и пристегнулись.
Даже если вы пьяны, то ТБ при практике вбивается в голову и откладывается на подсознательном уровне. Если не вбилось, значит, человек попал на этот пост вообще без практики.
Ну конечно, факультет финансы и кредит закончил.
Короче, сама жизнь за нарушение ТБ поставила кол. За непрофессионализм.
Ольга

Владимир Савенко. Просто жизнь. 15

Дошкольное образование я получил благодаря Максимовой Анастасии Петровне, моей тёте. Она была влюблена в литературу и знала её блестяще, на уровне кандидата наук, если сейчас кандидаты наук знают литературу.
Первые два года ссылки в Старом Чирчиме школы не было. Но учительница ко мне заходила и переводила меня.
В Ногинске номера школы не помню, но знаю, что школа была за лесом. Там я мало учился, больше прогуливал и хулиганил. А потом я сбежал в Москву и поступил в школу № 378 на Стромынке.
После семилетки в 1949 году поступил в МАМТ – Московский техникум авиационного моторостроения, при 45-м заводе. Очень хороший. Преподаватели там были люди с завода, знающие. Блестящие мастерские. Там настоящее образование давали, глубокое, я в институте гораздо меньше получил.
В 53-м я прошёл конкурс в МИСИ им. Куйбышева на факультет механизации гидротехнических работ. Тогда была мода на строительство гидростанций. Рыбинская, Куйбышевская, Братская. Реки перегораживали. И только потом спохватились, сколько же вреда нанесли природе. Сколько всего нашим потомкам расхлёбывать придётся.
За два с половиной года я закончил институт. Тогда нужны специалисты были, по 10 часов занятий в день было. И заканчивали 5 лет за два с половиной. Брали туда только после техникумов.
Я попал по распределению в город Кустанай. За границу меня послали. Тургайские степи осваивать.
Оттуда сначала попал я в команду по водному поло 1-й Спартакиады народов СССР в 56-м году. Это месяца три было. Мы недели две тренировались в Челябинске, потом в Алма-Ате. Такой красивый город! Там же и соревнования были.
В июле всё закончилось, и меня сразу же в армию взяли. Вызвали в военкомат и сказали, что мне надо учиться. Что два моих диплома – это пустяки, а вот настоящая школа – армия.
Обули меня в длинные подштанники с завязками и в короткие галифе, а сапоги на меня не влезли, я их через плечо нёс. И повели нас мимо трибун, по главной улице Кустаная. И нас встречал председатель обкома. Меня вызвали в сторону (а я мимо трибун уже прошёл), сначала начали стыдить:
– Как не стыдно в такой форме?
Попробовали на меня повысить голос. Я ответил:
– А ко мне какие вопросы?
Там люди простые были, а я с двумя дипломами, не мальчик уже.
Дальше меня нормально одели и перегнали в соседнюю Кокчетавскую область на спасение знаменитого целинного урожая 1956 года. Там мы перелопачивали зерно. И ещё немножко работал на тракторе до тех пор, пока не потерял плуги.
После того как сняли урожай, надо было пройти плугами по полю. Там корешки крепкие. И надо было сдать назад, а потом дёрнуть. И так назад-вперёд дёргал, пока не потерял плуги. Чувствую: трактор идёт легко! А ночь была. Я отправился плуги искать, а там возле них уже стоят настоящие трактористы, смеются.