December 13th, 2015

Чёртик

Глюк

Дрзуья, у меня уже недели две в ЖЖ странный глюк. А свой журнал я могу заходить, в журналы отдельных людей - могу, а вот в ленту - не получается. Комп мой мне выдаёт, что у меня недостаточно денег на счету. Но деньги есть, интернет работает, в контакт и в свой ЖЖ захожу, а в ленту - фиг вам. Чо делать - не знаю. И скучаю без вас, друзья.
Ольга

Н. В. Манохин – И. А. Ефремову

Н. В. Манохин – И. А. Ефремову
Четыре письма от Николая Васильевича Манохина – пример, когда короткая, односторонне сохранившаяся переписка открывает нам огромную, богатую событиями, вживлённую в мировую историю судьбу.
Николай Васильевич родился в 1888 году, стало быть, на 20 лет был старше Ефремова. Он, уроженец станицы, на месте которой сейчас Донецк, инженер, автор нескольких технических книг, ещё до Первой мировой войны волею судеб оказался жителем Праги. Там он познакомился с движение Соколов, о котором в России практически неизвестно, но которое оказалось столь созвучно изложенному в романе «Лезвие бритвы», что Манохин, прочитав роман на русском языке, написал Ефремову.
Видимо, он получил обстоятельный ответ, потому что отвечал не менее подробно, рассказал свою интереснейшую биографию.
Детей у Манохина не было, жена к тому времени уже умерла. Смогут ли среди жителей Праги, так гордящейся уважением к истории, найтись энтузиасты, что узнают хотя бы год смерти Николая Васильевича? О том, чтобы найти его архив, остаётся пока только мечтать.
Письма же Манохина, несомненно, будут ценным открытием для историков Донецка.
Ольга

И. А. Ефремов – И. И. Пузанову

И. А. Ефремов – И. И. Пузанову
Иван Иванович Пузанов, выдающийся зоолог, доктор биологических наук, профессор Одесского университета – личность интереснейшая (биография его – отдельная песня). Родился он в 1885 году, стало быть, старше Ефремова на 23 года. Но подлинным учёным возраст не важен, важно – отношение к науке, преданность ей и неустанный поиск.
Когда они познакомились – не знаю, но в начале пятидесятых годов их переписки имеет уже дружеский, весьма близкий, даже с лёгким подшучиванием, характер. Ефремов знал, насколько бескомпромиссно боролся Иван Иванович с лысенковщиной, которая коснулась и палеонтологии, и ценил это. Пузанов писал стихи к картинам – «пинакопоэзы», сатирические стихи, расспрашивал Ефремова о «кисе-гиике», камышовом человеке, о котором рассказывал когда-то Сушкин, и с ним Ефремов хотел задушевно поговорить о «высоких людях».
Писем к Ивану Ивановичу – девятнадцать, от него почему-то всего два. Ефремов дорожил дружбой с таким ярким зоологом, непременно должен был сохранить его письма. Где они? В неразобранных архивах у Таисии Иосифовны или сданы в Пушкинский дом, где лежат уже сорок лет без движения и даже без описи?
Насколько высоко ценил Ефремов Пузанова, можно судить по письму к его сыну после кончины Ивана Ивановича. Ефремов настаивал, чтобы архивы отца была переданы не в Академию наук Украины, а в АН СССР, так как личность учёного взросла на лоне российской науки, и его научные труды имеют значение более крупное.
Куда в действительности попал архив Пузанова, я не знаю. Младший его сын, Сергей Иванович, 1926 года рождения, военный геодезист, видимо, жив. Может быть, удастся его разыскать, и он прольёт свет на этот вопрос.
Ольга

Переписка И. А. Ефремова и П. Ф. Беликова

Переписка И. А. Ефремова и П. Ф. Беликова
Имя Павла Фёдоровича Беликова известно всем, кто соприкасался с изучением творчества Рерихов. Он автор первой книги о Н. К. Рерихе, вышедшей в серии ЖЗЛ.
Ефремову он написал в середине 60-х годов по совету С. Н. Рериха, когда надо было внести ясность в вопрос, касающийся книг Олеся Бердника, использовавших рериховскую тематику.
Ефремов ответил, и переписка завязалась. От него известно 20 писем. Павел Фёдорович был достаточно осторожен и сдержан (известно 13 писем) – впрочем, понятно, почему: имя Рерихов тогда не приветствовалось, и даже в ЖЗЛ имя Елены Ивановны было практически под запретом.
Несколько раз Беликов приезжал по делам в Москву, встречался с Иваном Антоновичем. Удивительно, но он пересылал Ефремову книги Агни-Йоги, даже у него самого бывшие в единственном экземпляре, и считал, что книги не пропадут в безалаберности почты, что они сами себя защитят. И они не пропали. Иван Антонович либо заказывал с книг фотографии и с них делал распечатку (то есть распечатывал Портнягин), либо отдавал сразу Георгию Константиновичу, а тот перепечатывал.
Из писем также ясно, что Ефремов помогал неопытному в делах общения с издательствами Беликову решить вопрос с изданием ЖЗЛ. «Молодая гвардия» издавала почти все произведения Ефремова, он знал редакторов и советовал, что считал нужным, Павлу Фёдоровичу. Также Беликов направил к Ефремову молодого искусствоведа А. А. Юферову, с которой не мог найти общий язык при подготовке большого альбома картин Рериха (языки искусствоведения и эзотерического знания тогда никак не сочетались). Александра Алексеевна была составителем и писала к этому альбому предисловие (кстати, содержательное, ценное мыслями и тонкими наблюдениями). Ефремов тут послужил трансформатором, тем более, что Юферова обожала не только Рериха, но и Ефремова – с детства, с книги «На краю Ойкумены». Одним из отдалённых следствий этого общения явилась статья «Иван Ефремов и Агни-Йога», вышедшая в 1990 г. в журнале «Наука и религия» и подтолкнувшая Н. Н. Смирнова к более детальной разработке темы.
Ольга

Пишет Андрей Константинов

Друзья,
в Архив И.А.Ефремова добавлена статья Екатерины Агапитовой "Исторические источники в романе И.А.Ефремова "Таис Афинская". Статья научная, её первая публикация (в сокращении) состоялась в журнале "Учёные записки Петрозаводского государственного университета". Серия: Общественные и гуманитарные науки. № 7 (152). Ноябрь, 2015. С. 103-106.

Прямая ссылка на статью: http://noogen.su/iefremov/agapitova_cat.pdf

Доступна со страницы новостей: http://noogen.su
и со страницы "Архив И.А.Ефремова", правая колонка - "Об Иване Ефремове": http://noogen.su/iefremov/