Ты не имеешь права не летать...

7 декабря 2025, воскресенье
83 дня до весны

Десять утра - мы на мемориале 28 панфиловцев под Волоколамском. На холме зелёная трава. Я рассказываю туристам про бой, который произошёл здесь 16 ноября 1941 года. Тогда лежал снег, трещали морозы. Сейчас - всё иное. Электричка проходит мимо, отмечая ту самую дорогу на разъезд Дубосеково. В этот момент пробилось солнце, и шесть фигур на холме воссияли в его лучах. У мемориала на звезде из красного гранита - множество алых гвоздик. Всё покрыто цветами - недавно было 5 декабря, начало контрнаступления, тогда принесли.
Трудно рассказывать. Помогают только стихи.
Волоколамск. Возмищи, церковь Рождества Богородицы.Солнце сияет в запруженной Городне - декабрьское, ледяное, в воде. Странно. Здесь, именно здесь был тот самый древний волок. Огромное кладбище в Возмищах - думаю, древний могильник, подобный Гнёздову. Его не исследовали.
На валу в Волоколамске - резкий ветер, солнце уходит в слои туч, мы не выдерживаем долго на валу, сбегаем. Воскресенский собор 15 века отражается в воде верхнего пруда. Летом всё покрыто деревьями, не отражается. Сейчас - да.
На закуску - Иосифо-Волоцкий монастырь. Вокруг него большая заболоченная территория, вижу несколько гигантских бобровых хат.
Собор громаднейший.
Идём к автобусу уже в полной темноте, лишь собор подсвечен. Москва кажется безумно далёкой, есть только озеро, тишь, собор - свечой и мелкие колкие снежинки в свете прожектора.
Через два часа - Москва гудит как чудовищный улей, и мне надо как-то жить со всем этим в душе.

Оценили 0 человек
Показать список поделившихся

В калужском альманахе "Облака" за 2025 год фрагменты из моей дилогии "Котёл Господень", объединённые образом святого Пафнутия Боровского. Спасибо редактора Александру Трунину.
https://lib.belinkaluga.ru/reader/oblaka8?page=167
Кто прочитает, напишите мне, пожалуйста.

Итоги года
Все подводят итоги года в декабре. И озвучивают. Мода такая. Хорошая мода.
А я подвожу в ноябре. Ибо декабрь – безумный месяц. Продохнуть не успеваешь. Поэтому постараюсь написать сейчас, что я значимого успела за год.
Написала множество вещей.
Сразу после Нового года писала о книге Юрия Перминова «Имена, забытые Омском» – материал опубликован в «Сибирских огнях» в октябре.
Повесть «Персональный рай» – про любовь. Она пока нигде не опубликована, но человек десять читали текст – все отзываются в самой превосходной степени. Предлагала в карельский журнал – мне ответили высокомерно, что нам приходят сотни произведений, мы что, всё печатать должны? Ежели кто хочет, пишите личным сообщением, пришлю почитать.
Рассказ «Дрова». Драматический. Его взял для журнала «Традиции и авангард» Даниэль Орлов, но номера опаздывают, и я пока журнала с «Дровами» не видела.
Повесть «Счастливая жизнь» – про то, как дочь на протяжении взросления воспринимает отца. Автобиографическая вещь. Пока никому для публикации не предлагала.
Собрала книгу своих статей о творчестве Ефремова – она вышла благодаря материальной помощи старого товарища с названием «Иван Ефремов: под чароитовой звездой». Тираж маленький, осталось штук двадцать.
Нон-фикшн книга «Вечный гид. Введение в профессию» – про мою работу экскурсоводом. Пока не знаю, кому это можно предложить. Фрагменты давала всё тому же Орлову, но публикации не видела. Частично выкладывала здесь в начале лета.
Историческая повесть «Как Андрейка мать из плена выручал» – писала для конкурса, который объявило издательство «Детская литература». 4 авторских листа. Отправила на конкурс. Шорт-лист они обещали сообщить в середине декабря. У них условие – чтобы вещь прежде нигде не печаталась и не светилась. Здесь не выкладывала.
После возвращения из Донецка писала очерк о фестивале «Звёзды над Донбассом» – его обещали поставить в декабрьский номер «Сибирских огней».
Пригоршня стихов за год набралась.
По Ефремову два основательных материала подготовила – весной про книгу «Мои женщины» (он вошёл в сборник «Под чароитовой звездой») и только что закончила материал «Биографическая составляющая переписки И. А. Ефремова и Г. К. Портнягина». Писала для доклада на видеоконференции 6 декабря 2025 года.

Важная часть моей работы – вычитка (редактура и корректура) повестей Дмитрия Артиса «Как настоящий солдат», «Сердце Дракона» (они вышли в этом году) и третьей части трилогии «Пэшка» – она подготовлена к публикации, но пока ждёт своего часа.

В книжных выставках трижды участвовала – с «Дикой картой». На разные мероприятия ходила и выступала.
Новый опыт: стала экспертом премии «Слово». На прочтение 50 рукописей убила кучу времени, чуть не озверела от количества речевых ошибок и мата в рукописях, о чём и сказала на совещании экспертов в ноябре в Союзе писателей.
В прямом эфире на радио «Культура» участвовала. В Калуге весной записала передачи на радио и на «Ника-ТВ».

С января по ноябрь включительно провела 64 экскурсионных дня (это обычно подъём в пять утра, возвращение поле одиннадцати, иногда уже в первом часу, если экскурсии особо далёкие). Если кому-то будет интересна география, сообщите, я напишу.
Одна экскурсия была совершенно новой для меня – «Мал мала меньше». Я к ней долго готовилась, сделала много открытий для себя: новое – Одоев и Лихвин, то есть Чекалин.
Да, я же готовилась и прошла аттестацию гидов по Московской области. Больше проблем было с подачей всех документов через сайт (я бы убилась там без помощи коллег), чем непосредственно со сдачей. Но тоже времени ушло порядочно. Но карточку специальную ещё не выдали.

С детьми съездила в деревню летом. Как всегда, множество домашних дел. Наверняка что-то забыла, значит, важно именно то, что помню.
Ежели кто-то хочет прочитать что-то из вышеперечисленного, пишите личным сообщением.

«…И «Яблочко»-песню держали в зубах»
Светловскую «Гренаду» я знаю наизусть со школьных времён. И сейчас помню полностью. Помню, что Светлов не любил красивых красивостей в красоте, метафор ради метафор, и был недоволен своими строками про «бархат заката» и «слезинку дождя». Строка про то, что песню держали в зубах, мною воспринималась как некая странная, нелепая – если это метафора, но какая-то она недолукая.
И вот в ноябре я привозу группу на экскурсию с музей Отечественной войны 1812 года в Малоярославце. Я там была много раз, хорошо помню экспозицию. Одной из самых простых является витрина, где выложены медицинские инструменты того времени: ножовка, то есть попросту пила, с помощью которой проводили ампутации, корпия, бинты. Каждый раз при взгляде на неё – мороз по коже и картинка из фильма: Анатоль Курагин и Андрей Болконский рядом в полевом госпитале – раненые.
И вот экскурсовод говорит: ампутировать надо было быстро, четыре с половиной минуты человек может терпеть болевой шок – потом умирает, обезболивающих не было, во время операции солдату давали… нет, не водку, водку только офицерам, – давали палку, он её сжимал зубами от боли.
Эта фраза падает в меня, и дней десять я хочу и постоянно думаю об этом.
Вот на этом примере интересно наблюдать особенности работы мозга. Я, конечно, совершенно не думаю в это время о «Гренаде».
И вдруг в один момент всё сходится – так, что мне хочется кричать: «Эврика». Я вдруг понимаю смысл светловской строки.
«Мы ехали шагом, мы мчались в боях / И «Яблочко»-песню держали в зубах…»
Метафора, казавшаяся корявой, вдруг обретает подлинный свой смысл.
Песня предстаёт той самой палкой, которую сжимает солдат в зубах, когда невыносимо больно, когда нет уже силы терпеть – и остаётся только петь.
Я вспомнила себя – 35 лет назад, когда поднималась на перевал Макмал на Западном Тянь-Шане, где глубина снега достигала 4 метра, мы несколько ночей ночевали при минус 15 градусах, целый световой день тропили тропу под перевал, потом день восходили – и вот под розовыми скалами перевального взлёта, когда сил у меня уже не оставалось, я начала петь. Парни смеялись: поёт – значит, силы ещё есть. А их почти не было, и песня давала силы.
И сейчас я, к полуночи возвращаясь из своих экскурсионных маршрутов, иногда иду буквально на зубах – не пою, а бормочу песни или стихи.
Лихая песня «Яблочко» у Светлова – как последнее спасение от боли, это метафора, которую прекрасно понимали современники (да, обезболивание ко времени Гражданской войны уже было изобретено, но его просто не было в частях) и которую нам надо осмыслять через знание исторических реалий.
Осознанный смысл этой метафоры я ощутила как настоящее открытие.

https://facets.ru/index.htm?article=9420
В журнале "Грани эпохи" - подборка моих стихов разных лет. Спасибо редактору Сергею Мельникову.
Стихи про разное - я специально подбирала разнохарактерные вещи их последних лет. Есть серьёзные, есть несколько шутливые.

Весна отточенно-чиста,
Как переводы Гелескула.
И неуклонно сводит скулы
Промёрзлой клюквы кислота.
Весна, отточенно-чиста,
Лежит морозными тенями
На том снегу, который нами
Читался с первого листа,
Как переводы Гелескула.
Спешат прохожие сутуло,
На лужах хрупает ледок,
И ветер звонок и высок.
И неуклонно сводит скулы
В предощущении забот,
И Солнце щедро раздаёт
Неотвратимые посулы.
Промёрзлой клюквы кислота
Пробудит в сердце день вчерашний.
Хмельного мёда ждут уста,
Как будто близок княжий чашник.
И ночь пуста, и тень густа,
Гитары дальней отголоски.
Луна стремительна и плоска,
Весна отточенно-чиста.

2021

В то время, когда я пишу эти строки, Степановское-Волосово – одна из самых красивых и ухоженных усадеб России. О её современной судьбе можно писать книгу и снимать фильм.
Усадебный дом, спроектированный Кваренги для любимца Павла I князя Куракина, прост и гармоничен. Он расположен на холме между двумя речками – Шошей и впадающей в неё Люкшей, на которой воссоздан пруд. Вокруг разбит спокойный парк из двух частей – регулярной и пейзажной. До революции усадьба поддерживается владельцами.
После революции судьба её, в общем-то, обычна – сельскохозяйственная коммуна, оккупация, после войны – психоневрологический диспансер. Местные жители являются обслуживающим персоналом, в соседнем селе большой колхоз. С закрытием диспансера люди остаются без работы, колхоз распадается. Усадьба стремительно разрушается, парк запущен, старые деревья падают, образуя непроходимую чащу.
В середине десятых годов, путешествуя по области, в усадьбу приезжает основатель «Тверьуниверсалбанка» Сергей Анатольевич Васильев с женой. Маргарита Владимировна рассказывала, как они вылезли из внедорожника на перекрёстке парковых дорожек, упёршись в завал из деревьев, и ноги буквально утонули в грязи. Но руины усадьбы очаровали семейную пару. Совершенно заросший пруд, парк, спускающийся к пруду с холма, ротонда главного дома, флигели, соединённые с главным домом галереями, – всё говорило о бывшей когда-то здесь гармонии.
И судьба усадьбы изменилась. Сначала Васильев арендовал эту территорию, но договор аренды можно легко расторгнуть, а денег новый хозяин вкладывал в восстановление невероятно много. Он оформил покупку усадьбы – и семейная пара буквально впряглась в восстановление, сделав усадьбу своей судьбой и жизненной миссией.
Да, их можно назвать новыми русскими, и они не первые, кто купил себе усадьбу. Но только они сделали её открытой для всех. Никаких заборов. Гости, туристы – все могут приезжать.
Васильевы неожиданно для себя стали знатоками родословных и искусствоведами: они изучили история рода Куракиных – род этот находился в родстве фактически со всеми знатными родами России, по картинам и сохранившимся фотографиям восстановили интерьеры дворца, изучили список картин и гравюр, украшавших стены дворца, обнаружили, что большая часть этих картин после революции поступила в Тверь и сейчас находится в картинной галерее города – сделали качественные копии этих картин и повесили в галереях. Сумели собрать по Европейским аукционам коллекцию гравюр, бывших у Куракиных, и открыли её для туристов. По фотографиям восстановили даже некоторые люстры – особо интересна люстра на квадратной раме в ротонде галереи. Антикварная мебель, фарфор, картины – всё с редким вкусом, без аляповатости и новорусской нарочитой позолоты. ( Read more...Collapse )

Вдруг кому-нибудь пригодится.
Купальный тур «Сковородка».
Лето 2021 года стояло необычайно жаркое и сухое. И Ольга Зимихина, моя одноклассница, подбила меня на пятидневную поездку на её машине. Ехали втроём – за рулём был Ольгин муж, иногда Ольга сама вела машину. Наш маршрут мы назвали «Сковородка». Я писала дилогию «Котёл Господень». Вторую её часть – роман «Белые кречеты». Мне надо было побывать на берегу Ильмень-озера, в Коростыни, чтобы точно описать битву, которая там произошла. Точнее, битву я уже описала, но червь меня точил: вдруг я что-то не учла. Таким образом, Коростынь стала моей главной целью.
Сперва мы приехали в Тверь – долетели по платной дороге. И сразу в парк, потом на берег Волги – к старому мосту, на городской пляж. Купаться. Я там купалась с сыном год назад, когда гостила у подруги.
Накупались вдоволь. Проголодались и заехали в кафе с названием «Сковородка» – рядом с пляжем. Название так понравилось моим друзьям, что мы его обыгрывали на протяжении всего пути.
Вылетев из города, оказались мы в Торжке. Мне хотелось показать друзьям Тихвинскую церковь. Было очень жарко, Оля даже почувствовала себя плохо. Выше пешеходного моста, где-то в районе дома 6 по Мобилизационной набережной, мы нашли спуск в воду – видно, что там купаются местные. И долго-долго купались. На другой стороне реки, на горе, стояла усадьба Олениных – нам хорошо была видна белая беседка на краю высокой горы.
Совсем уже вечером мы приехали в Вышний Волочёк, зарулили в сосновый бор, за дом Сердюкова, и поставили там две палатки. Для меня – одну персональную. Купались на тёплом мелководье водохранилища, ночевали. Утром вновь купались, затем развели костёр, кипятили чай. Солнце сияло там сильно, что огня почти не было видно. Чай вскипел мгновенно.
Из Вышнего Волочка метнулись сперва в Иверский монастырь на Валдайском озере, погуляли по монастырю, затем, пройдя через густой еловый лес, купались на восточном берегу. Дивная прозрачнейшая вода. ( Read more...Collapse )

16 июня я сама впервые водила Третьяковку – так мы называли маршрут по Замоскворечью, в районе Третьяковской галереи: сначала пару часов пешком, а потом я должна привести группу непосредственно в галерею, передать там группу экскурсоводу и ходить с ними, следить, чтобы никто не потерялся, а потом отвести в ресторан на обед тех, кто этот обед заказал. Меня никто по этому маршруту не консультировал. Сказали: поводишь их два часа вокруг – и потом в галерею. Я сама разработала маршрут и содержание.
На 21 июля мне предложили Третьяковку и Вязьму/Хмелиту одновременно. Я предложила Николаю провести Третьяковку, чтобы не упускать деньги из семьи. Он согласился. Недели за две мы прошли с ним вместе этот маршрут пешком. Затем ещё раз – по карте. Он сделал множество записей. Обсудили каждый интересный дом, каждое знаменитое имя. Потом Николай плотно водил этот маршрут пару лет, пока не сменился у нас менеджер. И сейчас водит туда гулять друзей.
Маршрут стал таким популярным (Николай был просто звездой), что оказалось: на некоторые выходные набиралось по две группы. А в праздники и по три. Они шли от метро Новокузнецкая с разницей в полчаса. Тогда одну группу брал Николай, вторую я. Если же была третья, то подключался ещё один гид, походивший со мной и записавший за мной концепцию: я подавала Замоскворечье как палимпсест, как архитектурный заповедник – вслед за Щусевым. Объясняла, как читать архитектурный текст. Николай сделал свой акцент – он больше ушёл в историю.
Коротко – мысленно – пробегусь по этому маршруту. ( Read more...Collapse )

Упахалась - выкладывала очерки и статьи больше месяца. Надо было всё перечитать (ну или постараться перечитать), что-то поправить. Многое уже было выложено раньше в сети, что-то было только в бумаге, что-то на разных ресурсах - сюда собрала.
Но ещё в "Гранях эпохи" начиная с 2021 года масса моих материалов, которые здесь не представлены.
Сначала всё про Ефремова. Книг и предисловий здесь нет.

Ольга Ерёмина. Образ автора в гобийских заметках И. А. Ефремова «Дорога ветров». 2007 год erema-o.livejournal.com/894193.html

Ольга Ерёмина. О поэме Саломеи Нерис «Эгле, королева ужей» в контексте идей И. А. Ефремова. 2007 год
erema-o.livejournal.com/893951.html

Ольга Ерёмина, Николай Смирнов. Вестник космического братства.
К 100-летию со дня рождения И. А. Ефремова. 2007 год
erema-o.livejournal.com/894887.html
Впервые опубликована в журнале «Русский язык и литература для школьников», 2007 год

Ольга Ерёмина. «Делать чудеса своими руками». О феерии А. С. Грина «Алые паруса» в контексте И. А. Ефремова. 2008 год
erema-o.livejournal.com/894521.html ( Read more...Collapse )

В июле текст очерка был опубликован на сайте "Российский писатель".
https://rospisatel.ru/eremina-perminov.html?ysclid=ma9dvf5vdv578055806

Начало здесь: https://erema-o.livejournal.com/902644.html

Ольга Ерёмина. О сборнике стихов Юрия Перминова «По соседству с небесами» (2024). Ч. 2

Идиоматическая игра
Идиоматическая игра в стихах в наше сознание заложена с детства: тогда мы все слушали и заслушивали пластинки с «Бременскими музыкантами»: у Юрия Энтина в текстах для песен изумительные образцы языковой игры. Любил подобную игру и почитаемый мною Юрий Коваль – писатель, которого обычно считают детским.
Игра с фразеологизмами – свидетельство языкового чутья, раскованности и глубокого понимания особенностей языка.
Юрий Перминов с фразеологизмами работает виртуозно.
Фразеологизмы фактически не встречаются в научных текстах. Это удел разговорной речи, а значит, возможно и просторечие, и ироническое употребление слов, и сниженная лексика.
Большинство стихотворений Юрия Перминова – достаточно короткие. Иногда стихотворение полностью завязано на языковой игре, но остранении как литературном приёме. Подача в первой строке – отбитая подача в конце.
Вот в первой строке стихотворения «Под небом в самом утреннем соку…» – уже игра («в самом соку»). И заключительная строфа, в которой начатая игра завершается:
( Read more...Collapse )